Центр агентства, или, если угодно, его сердце, находится в гигантском орбитальном комплексе «Гнездо». Попасть сюда, не имея особого допуска, невозможно, а кому попало его не дают. Именно здесь располагаются «инкубаторы» и их знаменитые капсулы, а также комнаты контроля над внедрением, кабинеты ОУВ, помещения для инструктажа и переговоров и, разумеется, душевые. Всякий — а в особенности новичок — знает девиз Боба: сначала холодный душ, потом горячий разбор полётов.
Приняв душ и облачившись в тренировочные костюмы с логотипом агентства, вы все, как обычно, бодро идёте в переговорную. Но сегодня явно что-то не так. Ко входу в комнату вместе с вами направляется с десяток человек в военной форме. Перед собой они катят тележку с массивным стеклянным колпаком, под которым, мерцая зелёным светом, парит в невесомости люминесцентный кристалл. Без сомнения, это тот самый камень, который вы нашли в средневековой Андалузии.
Один из солдат поворачивается к вам и жестом приказывает расступиться:
— С дороги! Очистить зону!
На его тёмном кепи логотип консорциума и аббревиатура «СОН». Ваша небольшая команда в недоумении отступает назад, позволяя солдатам вкатить тележку в комнату. Тотчас же за дверью слышится громкий спор, а затем один из солдат вылетает в коридор спиной вперёд.
Вы все вытягиваете шеи, чтобы разглядеть, что творится в переговорной, и, заприметив сыплющего ругательствами Боба, понимаете, что произошло. Очевидно, ваш инструктор и люди из СОН не смогли договориться, и Боб решил просто вышвырнуть одного из них вон. — Вы ничего не забёрете без моего разрешения, поэтому советую сменить тон! — кричит Боб, в то время как его руки заламывают два дюжих солдата, а их выставленный коллега медленно поднимается на ноги. Решительно протиснувшись мимо вас, в переговорную заходит офицер — высокий, поджарый и немного сутулый мужчина. Его короткие седые волосы прикрывает тёмное кепи с уже знакомым вам 

логотипом. Офицер окидывает помещение внимательным взглядом и обращается к Бобу:
— Прошу вас сохранять спокойствие. Я имею все полномочия отдавать здесь приказы. — Словно желая подтвердить свои слова, он показывает инструктору нашивку на плече.
— С чего это вдруг? — недовольно ворчит Боб, всё ещё удерживаемый двумя солдатами.
— Наша безопасность под угрозой, — отвечает офицер.
— И никто не позаботился сообщить об этом мне?! — раздаётся голос быстро приближающейся к вам госпожи Карт, директора агентства. Её сопровождают несколько сотрудников. Эта женщина редко показывает свои чувства на публике, но видно, что сейчас она в бешенстве.
— Госпожа директор, меня уполномочили изъять кристалл и охранять его, пока угроза не будет устранена, — докладывает офицер.
— Какая ещё угроза?! — раздражённо вопрошает женщина. — Может кто-нибудь, чёрт возьми, объяснить мне, что тут творится?!
— Произошло несколько нарушений, госпожа директор... — офицер окидывает вашу группу недоверчивым взглядом. — Не могли бы мы поговорить об этом конфиденциально?
Директор Карт кивает, но Бобу это явно не по душе.
— Извините, госпожа директор, но вам никак не исключить меня из разговора о миссии, за которую я несу ответственность! — встревает он. — И мои агенты, согласно статье 75, тоже имеют право присутствовать.
После новой волны споров, запугиваний и напоминаний о субординации, непечатно прокомментированных доведённым до белого каления Бобом, офицер наконец уступает и возвращается к разговору:
— Что ж, как хотите. Произошло несколько нарушений: несанкционированные внедрения, носители, о которых не доложили ОУВ и которые, получается, не были одобрены...
Госпожа Карт резко поворачивается к Бобу, которого всё ещё приходится держать за руки.
— Будьте добры объясниться, Калавиччи.
— Ладно, — бурчит инструктор. — 

Признаю, у нас были незапланированные дополнительные загрузки. Нельзя же предвидеть всё! Показатели, которые передавала Лора, ухудшались с каждой минутой, и мы потеряли связь с агентами. Пришлось срочно отправить их через конвекторы...
— А может, вы просто выполняли приказ сайанов, — обрывает его офицер. — Внедрение без какого-либо надзора и контроля — это ведь так удобно, правда?
— Ой, хорош. Можно подумать, мы прямо горим желанием всю ночь заполнять форму BG-7276-Y и рисковать жизнями агентов, которые в любой момент могут превратиться в овощей.
— Но это не единственные нарушения, — продолжает офицер СОН. — Каким-то образом отключилась видеозапись внедрения. Мы полагаем, что с этой миссией у кого-то из персонала могли быть связаны личные цели.
— Я убеждён, что можно не ставить под сомнение преданность главного инструктора Боба, майор Сэнд, — мягко произносит молчавший до сих пор профессор Ронн, благообразный пожилой человек, буквально гипнотизирующий слушателей своими плавными жестами. — Уверен, что всему можно найти рациональное объяснение и что инструктор Боб сам сожалеет, что не поставил в известность руководство, в результате чего ситуация зашла так далеко. Как вы знаете, для нас вопрос безопасности не менее важен, чем для вас.
— Разумеется, профессор, — соглашается майор. — Однако, согласно установленному консорциумом протоколу, я вынужден поместить всех, кто имел отношение к миссии, в карантин до окончания расследования. Я должен изолировать и по отдельности допросить каждого участника.
— Да чёрта с два! — возмущается оскорблённый Боб. — Я не позволю вам нарушать мои права!
— Я понимаю, что законы Земли дают вам определённые права, но здесь, в галактике Скульптора, на первом месте законы консорциума, офицер Калавиччи, — спокойно отвечает Сэнд и жестом приказывает солдатам СОН взять вас всех под арест.

Capture d’écran 2019-04-29 à 17.47.28.pn